Строительство каркасных домов: канадский и американский подходы

На рубеже XIX и XX веков притекает большая волна эмигрантов из Европы. Национальный состав становится гораздо пестрее. Если раньше это были в основном переселенцы из Франции и Англии, теперь добавились немцы, украинцы, поляки, чехи. И все привносили какие-то черты, характерные для старой родины. Большим подспорьем для жилищного строительства стало развитие железных дорог. Железнодорожные компании, заинтересованные в освоении пустующих земель, вкладывали средства в массовое производство сборных деревянных сельских и городских домов.

В городах не было плотной исторически сложившейся застройки, ограниченной крепостными стенами, поэтому удавалось сохранять большие парки, зоны зеленых насаждений, дружить с природой, а не отвоевывать у нее жизненное пространство. Только в начале XX века в больших городах появляются первые многоэтажные и многоквартирные дома. В каком-то смысле можно сказать, что в Канаде как раз пригород предшествует городу и определяет его конфигурацию.

С 1920-х годов складывается национальная канадская школа: недорогое каркасное строительство ведется по типовым проектам, особенно в сельской местностии пригородных зонах. В городах для увеличения компактности двух- и трехэтажные жилые дома объединяют в группы. В Канаде традиция индивидуального жилья наложила печать даже на развитие многоэтажного и многоквартирного строительства. После Второй мировой войны при проектировании в городских многоэтажках архитекторы предусматривали специальные индивидуальные садики, напоминающие атмосферу семейного коттеджа, привычную для многих поколений канадцев.

Канадский опыт, пожалуй, обладает наибольшей эстетической привлекательностью, но подлинным символом каркасного домостроения в послевоенное время, двигателем революции пригородов, источником опыта, к которому нельзя не приобщиться современным проектировщикам и строителям жилья, стали американские левиттауны, названные так по имени их выдумщика и воплотителя Билла Левитта.

Билл Левитт родился в семье адвоката, его дед по отцовской линии был раввином, имевшим корни, уходящие в западные окраины Российской империи. Сочетание адвокатской напористости с увлеченностью проповедника, унаследованной им от предков, не в последнюю очередь сыграли роль в том, что Левитт вошел в историю бизнеса. Ходит легенда, что, лоббируя налоговые льготы для своего очередного пригородного проекта и исчерпав запас заготовленных аргументов, он артистично выпалил тугодумным чиновникам: "Если у человека есть свой дом и участок земли, он никогда не станет коммунистом. Ему и без этого есть чем заняться".

Молодым и не помнящим социалистическую эпоху людям этот риторический выпад может показаться забавным. Но он прекрасно иллюстрирует один из тех "убойных" резонов, которые Левит нашел для своей бизнес-идеи, чтобы получить правительственные преференции. Хотя успех Левитта основывался на фундаментальных, долговременных и объективных предпосылках и потребностях людей.

Стремление человека к общению с природой сопровождает урбанизацию на протяжении всей истории. Еще в XI веке китайская литература рисовала умилительные картины загородной жизни: романтические раздумья близ чистых ключей, любование водяными лилиями в пруду, тишина загородной библиотеки, наблюдение за птицами, восходами и закатами. Городская аристократия всегда щеголяла роскошью загородных резиденций. Да и небогатые жители, как только накапливались определенные средства, стремились приобрести и обустроить места, которые не являлись бы придатками к их рабочим местам, а служили бы прибежищем, местом отдохновения.

В 1920-е годы американский средний класс заметно тянулся к усадебному образу жизни. Развитие сети шоссейных дорог, появление ипотечных институтов, новые строительные материалы, постиндустриальный тип занятости с доминированием сферы услуг обеспечивали поступательность процесса. Но экономический кризис 1930-х годов, от которого мир, не успев опомниться, шагнул в страшные годы Второй мировой войны, естественно, повлек паузу. А потом мир раскололся надвое, горячка войны сменилась атмосферой холодного противостояния.

Значение геологических катастроф истории для своего бизнеса уловил и использовал Левитт. Миллионы американских военнослужащих демобилизовывались, они были повзрослевшие, прошедшие суровую школу и предъявляли родине свои права на достойную жизнь. Американское правительство не бездействовало: в 1944 году был принят Билль о правах военнослужащих. Государство гарантировало через созданные еще в 1930-е годы государственные ипотечные агентства низкие ставки по жилищным ссудам, предоставляло другие льготы при аренде или покупке жилья. Это давало надежду на собственный дом 4 млн американцев, остро нуждавшимся в жилье.

В 1948 году Жилищный билль, к которому приложил свою проворную руку Левитт, еще больше социализировал для потребителей и капитализировал для бизнесменов жилищную индустрию: были введены знаменитые 30-летние кредиты, а первый взнос мог составлять всего 5 % стоимости дома, но под госгарантии. Левитт развернул проповедническую кампанию, увлекая миллионы американцев. Левитт не брезговал даже технологиями уличного давления, поддерживая на местном уровне выступления ветеранов, для законодательного разрешения возводить жилье без фундамента. Левитт ставил свои дома на "бетонную лепешку", что позволяло строить быстрее и существенно экономить на каждом доме. Левитт гордился своим званием "Форда строительного бизнеса". Благодаря конвейеру Форд превратил автомобиль из роскоши для аристократов и нуворишей в средство массового передвижения. Эту же миссию в строительстве приписывал себе Левитт. Все его дома были стандартными, отличаясь лишь внешней расцветкой слегка варьировавшихся деталей. Левитт выстроил жесткую схему вертикально интегрированного дела. Где и когда только было возможно, он избавлялся от торговых посредников: построил свою лесопилку, на стройках ставились установки для производства бетона.

Рабочие подвергались муштре, что бы они могли выполнять несколько специализированных трудовых операций. В подарок от компании владельцу нового дома преподносили холодильник, стиральную машину, а позже и телевизор. Ставка на дешевизну, быстроту и брутальный пиар, безусловно, не могла не сказаться на архитектурном качестве домов, которое служило предметом насмешек со стороны журналистов и блюстителей высокого стиля. Но решающими в массовом покупательском выборе является цена и скорость, а в этом Левитту равных не было. К тому же сомнения в его строительном таланте были посрамлены долговечностью домов. Так, несмотря на определенную вульгаризацию каркасных технологий, был обеспечен их исторический прорыв к потребителю.

Последователи Левитта как в США, так и в Европе, разумеется, уже не могли действовать в ковбойском стиле. Стали учитываться и разнообразие архитектурных форм каркасных домов, и гармонизация поселений с ландшафтом.

Была создана особая индустрия стройматериалов для нужд каркасного домостроения. Тем, кому были важны внутренний уют и ощущение своего дома, каркасная технология предоставляла быстрый и экономичный способ приобретения комфортных жизненных условий.

Накопленный в других странах запас технологических возможностей и опыт их использования в решении социально-экономических проблем, специфических для каждой страны и исторической ситуации, плюсы и минусы, – все это поможет избежать потери времени и средств.

Разработана и уже действует программа "Доступное и комфортное жилье", созданы и работают Агентство ипотечного жилищного кредитования и Фонд развития жилищного строительства. Но предстоит огромная деятельность по разработке рыночных правил и потребуется немало предпринимательской изобретательности для формирования цивилизованных рыночных субъектов. Решение проблем моногородов, упорядочение и гуманизация миграционных процессов, возвращение соотечественников, сокращение бюджетных субсидий на содержание устаревшего и затратного ЖКХ, – эти вопросы способен решить рынок каркасного домостроения. И надо, чтобы они были поставлены правительством, местными властями, строителями, инвесторами, а главное – потреби телями, жителями России.

Александр Гловели

Мудрость – это искусство жить,
НАНОСФЕРА – искусство строить